CqQRcNeHAv

ПАНИ ЗОСЯ И ШЕРИФ МАККЕНЗИ

№ записи 448.061213  История студии «Арсенал Пикчерс WSat» у многих в квартирной лиги вызывает искреннее недоумение. Откуда взялась эта студия? Банни и Али Баба  — новая пара квази взаимоотношений Формируется новая страничка на блоге. На самом деле, когда студия 62 стала студией «Арсенал Пикчерс WSat» в ноябре 2012 года эта пара стала ведущей этой студии.

Как привлечь деньги    Как я тренируюсь по утрам   Реестр обновлений записей

СЦЕНАРИИ СТУДИИ 62    главная страница здесь   проекты Золотого Каньона здесь     Сценарии появились в июле 2012 года Сатаронто

WelcomeОдна из самых первых работ студии была «техасский детектив»   Журнальный вариант рабочего сценария  печатался в Полигоне № 1 

Студия-62 (Учредитель Гарви Шератон  1999 г.  Сатаронто)  в ноябре 2012 года переименована в студию «Арсенал Пикчерс WSat». Эта новость стала главной новостью Мраморного континента в ноябре 2012 года.

Новая студия получила от Бобби Старра сценарий «Приключения Мак Мастера», который был впоследствии переименован Шератоном в «Техасский детектив».

00020315Банни и Али Баба  — новая пара квази взаимоотношений.  они завязали на себе практически все проекты студии.  Гарви Шератон не долго переживал по этому поводу. дело в том, что  контрольный пакет студии выкупили у Гарви Шератона эксигроки клуба «Арсенал». Они-то и переименовали студию под себя.
Бедный Гарви! Он всегда был варягом в студии «Рекордс». Забыв собственную студию. Это его и сгубило. Когда он спохватился было поздно. Долги студии выкупила независимая финансовая группа «Экшен» с Бермудских островов. Фонд созданный клубом «Арсенал» держал контрольный пакет в этой группе. Сложная комбинация из переговоров и сделок привела к поглощению ведущей студии Золотого Каньона.

Сюжеты 2008 года  Новые сюжеты студии  «Арсенал Пикчерс WSat»

Сюжет 28,06,2008     ПАНИ ЗОСЯ И ШЕРИФ МАККЕНЗИ
women (179)Пани Зося была на редкость хорошенькой. Для Джека такой Зосей была Светлана Николаевна. Она правда на 10 лет его старше и кроме мечтательной улыбки, кроткой как язык пингвина, мечтательных глаз, лукавых, как черешенки в дождик…
Тёмновишнёвые глаза блестели как пара бусинок в ненастную погоду.
Внимание мужчин развёрнуто в её сторону? И вот уже они и лукавы и осмелели.
Алые лепестки её бутонов ещё не поблекли. Нежнейший аромат спелой ягоды манит в Вечернюю пору. Алые бутончики её губ  распускались с чарующей невинностью.
Даже блюстители порядка начинали ослаблять свои пояса, узлы галстуков. Чуть не сказали – туго набитые портмоне.
Лихие ковбои с Дальних лугов Запада устремлялись к ней, мягко ступая по ковру её ложа, чтобы не застать соперника. Ха!
Уже в 5,30 воздух звенел от перебранки – я первый пришёл, нет я!
Пани Зося спросонья просовывала свою нежную руку сквозь дырку шатра (полог шатра) и счастливчик целовал её, терся о неё щекой.
Некоторые доставали свой член, но горе им. Утро было таким нежным что всякая грубость была тут неуместна.
Стыдливо член возвращался на место.
Голос её звенел мягко, чуть приглушенно. И самые строптивые становились покорными и мягкими. Они дрочили в песок, а потом возвращались к ней и нежно целовали ручку.

104816022_large_5355213_1334241_900[1]Стальные глаза, цвета капкана, глаза Каспарино смутили гордый покой своенравной красавицы.
Без пяти минут восемь  она была вся в ожидании, вся взбудоражена от неожиданного визита Каспарино.
Пан Ведущий уже подъехал к шатру и сигналил ей. Мол пора, на работу.
А пани Зося смотрела в зеркальце, выискивая мнимые недостатки и её грудь вздымалась как волны. Ах! Каким будет новый день!
И так долгие годы. До 45 лет она будет соблазнять разных мужчин. А после 45-ти она наиграется мягкими игрушками и выберет  только одного.
Но как она будет его соблазнять! Каждую ночь!
Она будет ночами перелазить через окно, чтобы застрять на самом видном месте1
Чтобы её ягодицы были опять зажаты в тисках обстоятельств и кто-то, подглядывающий смог приблизиться к её ягодицам и … поцеловать.
—ах, эти мечты! Ничего кроме поцелуев!  Ни один мужчина так и не смог преодолеть её притворно-строгих табу.
Опять разочарованные копытца каблучков цокают по асфальту а за ней семенят мужчины, ковбои с Дикого запада. Которых её красота сделала ручными.

..\..\Best\мисс Зося  110  Да,  наших хит-парадах пани Зося Кобыльская  под номером 110 в списке первых красавиц Пофэнтэзи. Но по паспорту она  Светлана Николаевна…дальше неразборчиво.

Но видно смерч приключений уже закрутил её в своих смертоносных объятиях. Не успела она процокать пол расстояния до машины пана Ведущего, так любил называть себя шериф Маккензи,  как БАЦ! появилось приключение. Искала? нашла.
Перед ней выросли две фигуры. Одна была невысокой, но коренастой. Одетой под русского купца. С шеи свисала толщиной с женский мизинец золотая цепь. Он улыбался, показывая свои фиксы.
Второй был подагрик, так она подумала, рассматривая их. Тощий кот и тот был бы толстяком рядом с ним.  Камзол видал виды, усы поникли с обеих сторон. В ножнах застрял заржавевший клинок. Сапоги были выше колен. Нахал улыбался.
Сзади них неодобрительно урчал горбатый запорожец, в машине неодобрительно покряхтывал пан Гималайский. Что делать – он не знал что делать. И хотелось, но не моглось. И он на всякий случай покряхтывал.

Мужики заметили покряхтывание и оглянулись. Пан Гималайский замер своё покряхтывание и … после паузы добавил: «Пани Зося, ну тогда до завтра!
И попукивая ртом, тихо скрылся за поворотом, прихватив с собой автомобиль.
Пани Зося от отчаяния погрустнела.
Растерянная и побледневшая, она крепко прижимала свою сумочку.
Первый, тот кто купец, усмехнулся.
-   А на фига нам твоя сумка? Приключений на свою голову – хочешь?
-   хочу!
-  вот и лады. Получишь полный кузовок. Для начала мы тебя пропесочим на солнышке а потом повезём кататься. Программа ясна? Возражения нет?
Пани Зося не поняла выражения «пропесочим», но сказано было с сексуальным оттенком. Оттенок, в формате опасного приключения, ей скорее всего понравился. Не будем утверждать.
- Хорошо, – сказала, она, — песочить так песочить. Но учтите, только по очереди.

На горизонте появились темные в крапинку и полоску клубы ветра. Она кружились тайфуном и скоро ножки пани Зоси оказались приподняты, а потом и вовсе раздуты в разные стороны.
Зрелище было не для слабонервных. Она успела ухватиться за телефонный провод, по нему добралась до телефона, быстро набрала номер пана Ведущего и плотно прижала трубу к первому попавшемуся уху. Пана Ведущего не было. Судя по длинным зуммерам.
Автоответчик соединил её Элен Сумерк. Она сообщала последние новости на Мраморном континенте. Между тем пани Зося  повисла на проводе и долго её ноги мотались на ветру…
А Элен Сумерк деловито строчила ровным голосом — сообщала по трубе последние новости. Пани Зося неровно дышала. Телефон и не был телефоном. Это был видеорегистратор вызовов, который передавал последние новости с побережья. 5 канал. В эфире…Камера мотор…

Режиссер уже дал крупную отмашку. в кадре последний раз мелькнули крупные испуганные глаза и все стихло. Прибой заглушил все звуки. Волны накатывали на берег,жадно лизали песок. Кто лизал мороженое и зачарованно смотрели на пани Зосю. Она была не одна. Прямо на её глазах песочили пани Зосю.

Пленка порвалась, изображение исчезло. Режиссер обернулся — зарядите пленку, мы не закончили. Заменили? Продолжаем. Пипл склонился над пани Зосей.

- вам не больно? вам помощь не нужна. я вам помогу. Дайте мне вашу руку. Вдруг кто-то похлопал Пиплу по плечу. Пипл недовольно повернул голову. Чего там?
-  Это я Макензи, пришёл с тобой поквитаться.
- сейчас, закончу и тогда поговорим.
-   мисс пани Зося, — шериф склонился над лицом пани Зоси, — с вами всё в порядке?
Пани Зося раскраснелась от удовольствия. Её песочили одновременно и спереди и сзади – она даже и не знала как это здорово.
-   Ах, шериф, — проворковала она нежно, — может вы присоединитесь?
-   ну уж нет, — проворчал шериф, — я не маньяк. А вот маньякам скоро достанется по самое не балуй. Пусть они только закончат.
И Макензи прислонился к дереву. В ожидании развязки.

Песочить- значит делать на песке песочный пирог. Этим обычно занимаются дети, но иногда и взрослые. Пани Зося отдыхала в шезлонге, так было в сценарии. Режиссер строго настрого приказал — никаких развратных сцен. Если они есть то только в голове. Сценарий у нас о страстях, любви и ненависти. Но при этом надо умудриться не вставить ни одной спальной сцены. Никакого секса. Режиссера уговаривала вся труппа и он согласился только на один поцелуй в мягкое место.
Трёхслойный пирог долго издавал разные звуки, неприличные в своей соблазнительности. Но шериф твёрдо знал – он неподкупен. И разврат будет искоренён по самые «Не балуй».
Он отстрелит у них яйца – так он решил и не важно что его парабеллум заряжен вишневыми косточками.  Пусть в последний раз побалуются.  Напоследок.

Через час его разбудили. Сон закончился  внезапно. Кто посмел его разбудить! Он еще не стрелял!
И тут Маккензи почувствовал, как огромный кулак описав стремительную дугу входит в контакт с его челюстью.
-   ого, — подумал шериф, отлетая в сторону.
Не успев он лечь на тротуар как почувствовал что вихрь поднимает его и новый зубодробительный удар опрокидывает его уже на забор, с треском разлетелись доски. Маккензи успел ухватить край бушлата и перебросить его через себя. Кто-то не успел выскочить из бушлата и летел вместе с ним.
Это его спасло. Чьи-то руки уже доставали его, выволакивали его назад, через дырку в заборе.
Тут Макензи уперся ногами в забор.
Теперь кто-то за забором кряхтел от натуги, пытаясь сломать его сопротивление. Как же!

Макензи достал из кармана плоскогубцы и хладнокровно сломал у громилы палец.
Тот  заверещал отчаянно и отпустил его. Шериф пролез в дырку в заборе и достал парабеллум. Там боевые патроны. Вишневые косточки вместе с трехслойным пирогом остались в его сне. Как же он любил пани Зосю! Во имя любви он грохнул. потом еще раз и еще. Ствол еще дымился а яйца поверженного противника уже лежал на еще теплом песке. Тут ночью кто-то кого песочил. Но шерифу ничего не будет, он не в России. Противник лежал на песке и стонал. Сам напросился. Макензи бросил в него окурок, платок и бинты — перевязать рану.
Всё, теперь не уйдёт.

- стоп! — режиссер нажал стоп кран висящий как телефонная трубка на сцене, — так дело не пойдет, шериф. Мне нужны страсти. Любовь была. покажи во всю шить своих легких ненависть. Пусть она шипит и булькает. Ты же умеешь… Представь что этот громила песочил твою девушку. Сможешь представить?

tumblr_mt1wd6oh8M1sg9wrqo1_500У Макензи заскрипели стальные как проволока зубы. Громила в ужасе съежился. его вставная челюсть заскрипела от ужаса и даже несколько волосинок на лысой голове встали дыбом. Он уже и не рад что связался с таким крутым парнем. Он выронил ломик, нунчаки и биту на песок. а затем побежал, увидя пистолет. Но разве от Маккензи скроешься?  Шериф догнал его и двумя точными выстрелами загнал того в угол. Громила съежился от ужаса. Но Макензи не торопился.
-  Ты будешь у меня маньяком. Знаешь что я делаю с маньяками? И Маккензи улыбнулся. От такой улыбки громила похолодел.

Он отстрелил маньяку ухо и маньяк стал полуглухим.
-  не фига себе, — подумал ещё громила, которого Маккензи обозвал маньяком, — как я маме утром покажусь?
Но он не успел ответить сам себе, потому что  Макензи, криво улыбаясь, отстрелил ему второе ухо. Он был снайпером и как назло у него в кобуре был не огурец, а настоящий пистолет.
- Ну, начитался танкодромов, — уныло подумал громила, теперь уже точно маньяк, потому что ничего не слышал и не понимал  — надо делать ноги, пока ему ещё что-нибудь не отстрелили.
Маньяк стал пятиться, ища повода чтобы дать стрекача. Но опять упёрся в железобетонную стену. Он был в западне.
Маккензи хладнокровно отстреливал маньяку пальцы, один за другим, начав с большого пальца. Он стрелял прямо по фаланге пальца. Снайпером он был отменным.
После пальцев он отстрелил у маньяка нос, а потом, сняв штаны – и яйца. Одно за другим.
После этого Макензи перезарядил свой 22-х зарядный кольт.
Маньяк давно не улыбался. Только стонал. Кровью и стонами были окрашено всё пространство вокруг.
От боли у него даже губы побелели.

Макензи  усмехнулся. Он был не простым шерифом. Он достал свою игрушку – отточенный кинжал, который раньше не доставал, а тут такой случай.
- ты случайно не террорист? не член алькаиды? нет? точно! поклянись!
-   клянусь всем отчаянием мира! — маньяк поднял руки вверх.
И тут Макензи отрубил маньяку руки – по локти и кровь хлынула из истерзанных обрубков несчастного.
Теперь он точно никого не изнасилует. Он мстил всем убийцам, насильникам, террористам и ворам в законе Всем, кто хочет жить за чужой счет. Не стоит их жалеть, читатель! Пусть они знают — расплата наступит в самой извращенной, как у них в мозгу, форме. Всем, кто не желает жить мирно и счастливо.

Хорошая концовка. огонь и вода. пламя и ветер. Волны и страсти. все есть, как в хорошем боевике.

Эпилог 

P. S.  На самом деле автор несколько изменил концовку. В оригинале она была другой:
… Джек отрубал маньяку всё, что можно отрубить. Но маньяк продолжал упорно  улыбаться, словно он был заговорённый о боли.
И тогда Макензи заплакал от своего бессилия.                 Первоисточник -  18,01,2005 год
Маньяк, или тот, которого он называл Маньяком, оказался сильнее шерифа.
Он умер от потери крови. Умер, и последней мыслью, последним чувством его было то наслаждение,  которое он испытал когда занимался любовью с пани Зосей.
Он её боготворил. Он ходил за ней, целовал её руку, пальчик з пальчиком и  мечтал, что когда-нибудь, что он …трахнет … тут даже неразборчиво по тексту. В боевике нет ни одного эпизода с сексом. только подоплека. фантазия завершает картину.

Мелькнул старый кусок целлулоида  где-то, кто-то… накатывает волна, жадно лижет песок… скалы вздымаются вверх, все жестко. кто-то нашел  мягкое место..

tumblr_mtdwayhR7c1r9jgwdo8_250…но только если она сама позволит ему это сделать. Она ему позволила. И теперь Джек умирал счастливым. И даже шериф Макензи ничего не мог сделать с ним.

Это был практически самосуд. Шериф не имел права так издеваться над несчастным влюблённым. Но шериф Макензи знал 10 заповедей Христа и был уверен, что он сам, своей властью, своей силой, которую дал ему господь, сможет карать виновных.
Он видел то, что видел. По согласию или по принуждению – ему было по фигу. ОН сам был влюблен в пани Зосю. И это делало его неравнодушным. Он видел – это разврат. А тела, поражённые как раком, развратом, как злокачественной болезнью, надо искоренять.
Макензи не испытывал сомнения, жалости. Он был уверен в своей правоте.

А пани Зося была как вишенка. Заигрывала даже со своей тенью. Поэтому вокруг неё всегда кипели страсти.

Оставить комментарий