CqQRcNeHAv

Новое дело детектива

1241    Приключения Иго Ланса продолжаются. Новое дело детектива.

22760.   Иго Ладетектив ночьюнс уже ведёт первые дела детективного агентства «Лунная тень» Сан-Франшизо. Он уже купил офис на Малой Арбатской (Орбите) д. 1 см. стр. 111 П № 23. пригласил молодого Скунса Сканки, который в конце года в качестве заместителя капитана Дерека Бланта улетел в космос. Осталась молодая кобылка – секретарша 48-округлой формы – Ева Аулин. Она умела стрелять не только глазками.

Стоял сентябрь. Моросил дождь. Первое дело немолодого, но зато неопытного детектива Иго Ланса начиналось непросто.
Ланс лежал на крыше кабака «Мокрый желудь» и грел крышу своим невесёлым боком. Он вспоминал Ютландию, свой замок и молодую жену – Джину Стразу, принцессу королевства. Вместо того, чтобы лежать под бочком королевны ему приходится лежать на мокрой крыше и думать – почему всё так складывается?
Он думал как там внизу хорошо и сухо. Хорошо потому что сухо. Но слежка есть слежка.
Заказ от дяди подразумевал именно слежку, а не стрельбу из танковых орудий, к которым он так привык.
Ему надо собирать компромат на его сотрудницу, которая изменяла своему мужу в нерабочее время.
Он привык честно отрабатывать контракт и потому невзирал на дождь.
Заключая контракт на слежку Ланс предусмотрел пункт, согласно которого исключались личные мотивы шефа к своей сотруднице.
А вдруг  у них родственные связи? А вдруг дали взятку? А вдруг она вынуждена изменять, иначе на неё нажмут не по-хорошему. Может она на крючке?
Во всём надо разбираться, до последней запятой. Обращать внимание и на почерк и на чувства. Мотив может быть любой.
Любое нарушение контракта обещал его самоликвидацию. Однако выданные в качестве аванса 500 баксов самоликвидации не подлежали, та как Батон уже лежал на крыше.
Он вытащил их из трусов с резинкой и пересчитал ещё раз. Точно, 500.
Он опять спрятал их в трусы и стал ждать условного сигнала от Скунса Сканки.
Между тем women (75)дождь не хотел прекращаться. Всё вокруг делалось отвратительно липким и каким-то неуютным.

Предательски заскользила нога, она потянула остальное тело. Хорошо, что Ланс взял с собой штык-нож, которым закрепился на крыше. А условного сигнала всё не было.
Темнело, завыли собаки, потом к ним присоединились гиены. Стало ясно как день – из этого дерьма пора выбираться и выбираться с риском для жизни.
А можно и подождать, пока закончится дождь, закончится ночь, выглянет солнце и в его свежих лучах он предстанет взорам проснувшихся жителей и пропоют им утреннюю песенку.
Одинокий красавец-мужчина на полуотвесной крыше, зацепившись за штык-нож окоченевшими вдрызг пальцами, распевает утреннюю песенку.
Хотя надо обхватить вентиляционную трубу. Вот так, в обнимку. И ждать условного сигнала от стажёра Скунса Сканки, который, честно говоря, забыл про это и ушел ещё в 17,00 домой, к маме.
Обхватив короткими ногами вентиляционный столбик, Иго извлёк из ватника наушники и дрель. Потихоньку рассверлив в крыше дырку, он спустил туда на проводе микрофон и принялся слушать – что же творится там. Одновременно, на второй проволочке он спустил вниз крошечный магнитофон.
Наушники он налепил на мокрые уши, а шнур от наушников наощупь воткнул в какое-то гнездо.  Было темно и сыро.

Из другого кармана бронежилета Иго Ланс вытащил катушку с леской, на конце которой прикрепил «стрекозу»: очень чувствительный передатчик с конденсаторным микрофоном, размером не более пиджачной пуговицы. Удерживаясь цепкими ногами за трубу, он перегнулся вниз головой и стал потихоньку спускать стрекозу в вентиляцию отверстия.
Между тем дождю надоело моросить и он припустил как следует. Иго был уверен, что его техника работает и в подводных условиях. Накануне он проводил тренировки в ванной.
Однако струи холодной воды и не думали соглашаться – они текли и текли за воротник непромокаемой рубашки и с каждой секундой рубашка становилась всё мокрее и мокрее.
Героическими пальцами, три из которых уже закоченели и не сгибались, он медленно стравливал леску в темноте считая узелки, которые он заранее сделал через каждые 10 см.
Ошибиться было нельзя, ошибка в 25 см и ничего не будет слышно.
На пятьдесят первом узелке рука замерла, по его расчётам сейчас «стрекоза» зависла на 4-м этаже кабака.
Надо сказать, что это был первоклассный кабак. Ну это Ланс так его называл, а в миру это был трёхэтажный ресторан. Верхний этаж был отделан под офисы для самых богатых клиентов, где были все виды развратного отдыха с первоклассными девицами.
Ланс зажал леску зубами и включил магнитофон. Щёлк!
Звуки ворвались в мокрые уши и он понял что попал в самую точку.
- Ах-А-ах! – стонала женщина в такт скрипу логовища. А-а-ах! Так, ещё, ещё!
Иго сразу узнал голос этой женщины. Это была секретарша его клиента, звали эту блондинку  Джиной КэпСелл.

Я запомнил её голос внизу, в гардеробе, когда швейцар подавал им платье, колготки  и плащи. В этот момент она кокетливо сказала:
«А французы говорят, что устриц можно есть только в те месяцы, в которых есть буква «Р» — с сентября по апрель. ..»
Высокий мужчина что-то ответил ей (его ответа Ланс не запомнил). Джина рассмеялась и проговорила тоном капризной девочки:
- негодник, ты накормил меня устрицами в мае!

Вот откуда Ланс запомнил этот высокий голос с застрявшей где-то в самой глубине дребезжащей ноткой, тонюсенькой как вольфрамовая нить в миньоне.
Иго терпеливо ждал, пока они закончат, но они не кончали.
- вот здесь…да…сюда! Сильнее! Сильнее! Ещё! Ещё! Давай! Давай!
Иго Ланс давал тоже. Он сильно возбудился, а его фаллос уже дымился от трения закоченевших пальцев.
Женщина кричала, повизгивая, в такт скрипучей кровати или дивана и Ланс стонал и кряхтел сверху, заливаемый струями мокрого дождя.
Он успел уже дважды кончить, пока она не стала хихикать, будто её щекочут. Ланс уже успел её возненавидеть и снова полюбить и снова возненавидеть. Из-за неё он сидел под проливным дождём и слушал её агонию.
Мужчина тоже пыхтел как тяжеловоз, сопел, кряхтел, будто перетаскивал тяжести.

Ланс уже час висел на трубе, слушая эти звуки. Он перестал ощущать концы своих пальцев ног. Наконец он не выдержал и вынув перочинный ножик, перерезал леску и закрепил её конец на внутренней стороне трубы. Теперь можно спускаться – приёмник ловит сигнал на расстоянии до 30 метров. А магнитофон записывает всё в автоматическом режиме.

File057- А-ах! А-ах! – стонала женщина в наушниках, пока Ланс медленно съезжал на брюхе вниз по крыше.

Он забыл снять наушники и в них по-прежнему слышались ахи женщины, неторопливые скрипы замученной кровати, беспомощные всхлипы мужчины.
Под этот аккомпанент, Ланс осуществлял свой пластунский марш-бросок.

- давай, давай! Ещё, ещё! — хрипло требовала Джина, словно подбадривала свою любимую хоккейную команду. И он давал. Пока не захрипел и откинул копыта. Ланс услышал, как страшно закричала женщина.
А Ланс покрылся потом испарины. Вот это повезло! – подумал он. Вот это материальчик. Да я за него миллион потребую. И долой контракт. На фиг он мне дался.
Надо сделать так, чтобы был нарушен один из пунктов договора, Ланс вернёт 500 талеров аванса и всё будет в расчёте.
Вот повезло, так повезло!
Ланс потребовал от Джины кроме миллиона ещё ночь любви. Памятуя её ненасытность, он одел на член вибратор, заряженный на полную мощность.

- давай, давай! Ещё, ещё! – хрипло вопила она,  словно подбадривала свою любимую хоккейную команду. И я давал ей жару. Уж не знаю, как там спарринг-партнёр, а Батон давал изо всех сил. Он упирался коленками в холодное скользкое железо и финишировали мы практически одновременно. Она в постели, я на крыше.
Когда детективу удалось ухватится за трухлявый край слухового окна она издала длинный вибрирующий стон, после чего его пальцы медленно разжались и он полетел вниз под стон экстаза удовлетворённой самочки.
-А-а-а-а-а-а-а!!!! вопили одновременно падающий Ланс и дамочка из наушников. И неизвестно какой крик был громче – крик наслаждения или крик ужаса падения.

22761.   Слева шумела трансформаторная будка, будто  живая. Гудела себе задумчиво в темноте слева, сплетаясь с шумом дождя. Значит жив, — подумал Иго Ланс и рискнул шевельнуть пальцами ног.

Но они уже затвердели на морозе.

Если хочешь я поспрашиваю, что случилось с тем детективом, который замерз на морозе, во время слежки за своим клиентом.

Оставить комментарий